❝ Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Не знаю, почему, но вот последнее время всё чаще вспоминаю мою учёбу и первые годы преподавания в Московской духовной академии. Прежде всего, конечно, ...

Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Не знаю, почему, но вот последнее время всё чаще вспоминаю мою учёбу и первые годы преподавания в Московской духовной академии. Прежде всего, конечно, вспоминаются люди — духовники, лаврские монахи, преподаватели. Отец Кирилл, отец Матфей, отец Наум — да этот список только начни, быстро не закончишь. Все они были настолько разные — но при этом их объединяло одно: их внутренняя сила была очевидна любому.

И сегодня, когда в храмах во время богослужения мы слышим отрывок из 6-й главы Евангелия от Луки, образ этих подвижников христианской веры снова и снова появляется перед глазами.

Я неоднократно задавал себе вопрос: вот что же сделало этих отцов, близкое знакомство с которыми навсегда осталось в памяти, — именно такими — активно исполнявшими эти евангельские блаженства? Да, они вполне были «нищими духом» — никто из них не «старчествовал», не кичился своей «духовностью», или «исключительной приближенностью ко Христу». Я не помню, чтобы кто-то вёл себя не то, что распущенно или развязано — даже вольно: когда отец Матфей шутил, всё равно какая-то внутренняя собранность оставалась. Каждому из них пришлось испить много какой разнообразной горечи от своих же собратьев — но так и не озлобиться, не впасть в обиду или «позицию жертвы». И я снова и снова задаю себе вопрос: да как же они так смогли настроить свой внутренний мир, что эти заповеди, кажущиеся практически недостижимыми — для них были обыденностью?..

У меня есть только один ответ. У каждого из этих светочей веры в жизни был Христос. Не как «литературный герой». Не как «высокий идеал нравственности». Не как «главная надежда в посмертном бытии». Христос в их жизни просто присутствовал как средоточие абсолютно всего. Я бы сравнил это присутствие — с обычным светом, который вроде бы и не замечается нами ежесекундно — потому что привычен — но стоит его лишиться — и мы тотчас ощущаем разницу.

Лаврские старцы постоянно находились в круговерти служб, встреч, приёма духовных чад, исповедей, кто-то преподавал. Казалось бы, образ жизни и её ритм — очень и очень далёкие от идеалов монашеского безмолвия и уединения. Но я абсолютно уверен: если бы не было всех нас, этих дерзких «потребителей» их духовной силы — её бы не давалось столь обильно свыше. Они, словно волшебные трубы, снова и снова пропускали сквозь себя эту силу Духа — нам, грешным, растерянным, оступающимся — и с каждым разом становились всё чище и светлее. Нет, они не пытались ничего удержать «для себя» и «в себя» — они расточали, не задумываясь, — но благодати от такого расточительства становилось только больше…

Нам иногда кажется, что евангельские блаженства — для каких-то почти мифических святых, к которым мы только и можем, что прикоснуться мыслью. Но я не сомневаюсь: и сегодня в Церкви Христовой есть те, кто живут этими заповедями, кто ими дышит, кто на собственном опыте знает, насколько эффективно они работают — при всей их кажущейся парадоксальности.

Хочется всем нам пожелать, дорогие друзья, не бояться следовать путём наших духовных наставников — их же молитвами да вдохновит и нас милостивый Господь!..