❝ Как научиться проверять себя, проверять, что мои отношения с Богом развиваются в правильном направлении. Как убедиться, что я не сбился с курса и моя религиозная жизнь соответствует духу Евангелия? От...

Как научиться проверять себя, проверять, что мои отношения с Богом развиваются в правильном направлении. Как убедиться, что я не сбился с курса и моя религиозная жизнь соответствует духу Евангелия? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 22-й главы Евангелия от Матфея, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.

Глава 22.

35 И один из них, законник, искушая Его, спросил, говоря:

36 Учитель! какая наибольшая заповедь в законе?

37 Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим:

38 сия есть первая и наибольшая заповедь;

39 вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя;

40 на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки.

41 Когда же собрались фарисеи, Иисус спросил их:

42 что вы думаете о Христе? чей Он сын? Говорят Ему: Давидов.

43 Говорит им: как же Давид, по вдохновению, называет Его Господом, когда говорит:

44 сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?

45 Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему?

46 И никто не мог отвечать Ему ни слова; и с того дня никто уже не смел спрашивать Его.

Законник подходит ко Христу с вопросом, который в иудейской среде был предметом постоянных споров — какая заповедь самая главная? Известно, что иудейские книжники насчитывали в Торе 613 заповедей. Они делились на 248 повелений и 365 запретов. Чтобы как-то ориентироваться в этом море предписаний, они разделяли их на большие и меньшие. Однако какого-либо консенсуса о том, какая именно заповедь является самой главной, не было.

Представители одной школы считали, что главное — это ритуальная сторона закона. Для них религиозная жизнь в первую очередь определялась правильным исполнением обрядов. Однако они не могли прийти к единому мнению о том, какой именно обряд важнее? Жертвоприношение, почитание субботы, а, может быть, обрезание? Представители другой школы отдавали приоритет нравственным нормам. Но и здесь также были свои разногласия. Кто-то говорил о любви к Богу, кто-то к человеку. Кто-то под любовью к человеку понимал нравственные максимы, кто-то исполнение религиозного ритуала.

Именно в этот запутанный и многовековой спор законник и пытался втянуть Спасителя. Если бы Христос выбрал одну из существующих точек зрения, Он неизбежно вступил бы в конфликт с приверженцами других. Это дало бы его противникам повод для обвинений. Однако Господь выходит за рамки спора. Он не просто связывает заповедь о любви к Богу и человеку, но указывает, что любые споры о правилах и предписаниях теряют смысл, если в их основе нет этой любви.

В полноте логика Спасителя становится очевидна во второй части прозвучавшего евангельского отрывка. Здесь Христос задаёт фарисеям вопрос: почему царь Давид называет Мессию, который должен быть его потомком, своим Господом. Если бы у фарисеев был духовный опыт, в основе которого лежит любовь к Богу и человеку, ответ был бы для них очевиден. Однако такого опыта нет. А потому они в недоумении молчат. И это делает очевидной мысль Спасителя. Если нет деятельной любви к Богу и ближнему, то человек теряет внутреннюю ясность. Даже если он владеет глубокими религиозными и богословскими познаниями, его суждения о природе отношений между человеком и Богом, между человеком и человеком, да и просто о жизни будут всегда плоскими, одномерными, духовно близорукими.

Урок, который преподал Спаситель иудейским законникам, актуален и для нас. Бывает, что мы воспринимаем своё христианство в первую очередь как набор дисциплинарных правил. Неудивительно, что такая жизнь превращается в бесконечный список обязательств, который утомляет и не даёт радости. Внутри себя мы недоумеваем: где же та полнота жизни, о которой говорит Евангелие? Что ещё я должен исполнить, чтобы ощутить присутствие Бога? Какие ещё строгие ограничения на себя наложить? В каких ещё грехах покаяться? Христос же предлагает нам взглянуть на веру в Бога под иным углом. Подлинная религиозная жизнь основывается на деятельной любви и служении. Если они являются средоточием и сердцевиной нашей ежедневной работы, то все остальные заповеди и предписания обретают своё место и наполняются смыслом. На сердце у нас становится ясно, и даже строгая церковная дисциплина перестает тяготить и приносит нашей душе глубокое удовлетворение.

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Читать далее

---

Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами священник Стефан Домусчи. Если спросить людей, которые считают себя христианами, что самое главное в их вере, ответы будут разными. И это при том, что ответ на этот вопрос звучит в отрывке из 22-й главы Евангелия от Матфея, который читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.

Глава 22.

35 И один из них, законник, искушая Его, спросил, говоря:

36 Учитель! какая наибольшая заповедь в законе?

37 Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим:

38 сия есть первая и наибольшая заповедь;

39 вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя;

40 на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки.

41 Когда же собрались фарисеи, Иисус спросил их:

42 что вы думаете о Христе? чей Он сын? Говорят Ему: Давидов.

43 Говорит им: как же Давид, по вдохновению, называет Его Господом, когда говорит:

44 сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?

45 Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему?

46 И никто не мог отвечать Ему ни слова; и с того дня никто уже не смел спрашивать Его.

Каждому священнику не раз приходилось беседовать с человеком, который после многолетнего перерыва первый раз пришёл в храм и совершенно не знает, как и в чём исповедоваться. Конечно, разговор может быть выстроен по-разному. Не претендуя на универсальность и полноту подхода, я всегда начинаю разговор с того, что христианство — это завет с Богом, особые отношения, в которых человек оказывается призван к соблюдению определённых условий. Обычно люди и сами понимают, что условия — это заповеди, а их несоблюдение — это грехи. Однако при этом они зачастую не понимают, что главным условием оказывается свободное и вольное нахождение в завете. И если человек не хочет быть с Богом, всё остальное — только следствие этого нежелания. В свою очередь, это значит, что первое, с чего ему следует начать исповедь, с мысли о том, что он разорвал связь с Богом и теперь возвращается для того, снова войти с Ним в общение. И возвращается не просто в храм, но в собрание верующих.

В сегодняшнем евангельском чтении мы слышим разговор Христа с книжником, который спрашивает Спасителя о том, какую из заповедей он считает важнейшей. Конечно, можно решить, что это провокация, потому что все заповеди одинаково даны Богом и их нельзя сравнивать. Однако, ответ Христа явно не вызывает никаких возмущений или обвинений. Спрашивающий, судя по всему, с Ним согласен. И это при том, что в ответе Христа действительно есть некоторая странность. На мой взгляд она не в том, что Он берётся выбирать главную из множества заповедей, но в том, что вместо одной — говорит о двух. Ведь, когда нас спрашивают о самой высокой горе — мы называем Эверест и прекрасно понимаем, что самая высокая — одна. Спасителя спросили о важнейшей заповеди, и Он назвал таковой заповедь о любви к Богу. Кажется, что на этом можно было бы закончить, ведь ничего важнее этой любви нет, и она определяет всё остальное. Но почему-то Христос продолжает и называет ещё одну, «подобную ей», то есть столь же важнейшую. И это заповедь о любви к человеку. Он говорит о ближнем, но исходя из всей Его проповеди, — ближний — это именно любой человек, который находится рядом.

Человеку, внешнему по отношению к библейскому откровению, может показаться чем-то совершенно невероятным такое сопоставление Бога и человека. Как эти заповеди могут быть названы подобными друг другу. Однако для Христа и для тех, кто считает себя Его учениками, это именно так, потому что любовь к Богу реализуется и проверяется в любви к человеку. Первая заповедь сама по себе легко может стать выдумкой, сентиментальной и возвышенной мечтой, вторая может быстро выродиться в человекоугодие и потакание чужим страстям. И только в совокупности они помогают нам выстроить верную иерархию, в которой любовь к Творцу становится истинной любовью к Его творению.

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Читать далее

---

Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.

Священное Писание содержит в себе множество самых разных предписаний, которые затрагивают все сферы жизни человека. Особенно ярко стремление к регламентации прослеживается в книгах Моисея, в частности, в книге Левит, эта книга представляет собой детальный перечень инструкций на все случаи жизни, предполагалось, что ни одна из этих инструкций не должна быть оставлена без внимания. Новый Завет значительно свободнее, в нём мы не найдём строгого и всеобъемлющего перечня дозволенных и недозволенных действий, не найдём мы и каких бы то ни было предписаний относительно ритуальной стороны жизни христианина. У этой свободы Нового Завета есть свои причины: во-первых, книги Ветхого Завета хоть и утратили свою былую актуальность, но никуда не делись, и основные их нравственные положения остаются незыблемыми, во-вторых, Господь Иисус Христос предложил Своим ученикам пересмотреть отношение к закону как таковому, Он учил умению видеть суть закона, которая может ускользнуть, если человек слишком сильно увлечётся исполнением второстепенных библейских предписаний. Эта Христова мысль звучит в Евангелии неоднократно, но полнее всего она выражена, пожалуй, в 22-й главе Евангелия от Матфея, отрывок из которой сегодня звучит в православных храмах во время божественной литургии.

Глава 22.

³⁵ И один из них, законник, искушая Его, спросил, говоря:

³⁶ Учитель! какая наибольшая заповедь в законе?

³⁷ Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим:

³⁸ сия есть первая и наибольшая заповедь;

³⁹ вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя;

⁴⁰ на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки.

⁴¹ Когда же собрались фарисеи, Иисус спросил их:

⁴² что вы думаете о Христе? чей Он сын? Говорят Ему: Давидов.

⁴³ Говорит им: как же Давид, по вдохновению, называет Его Господом, когда говорит:

⁴⁴ сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?

⁴⁵ Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему?

⁴⁶ И никто не мог отвечать Ему ни слова; и с того дня никто уже не смел спрашивать Его.

Господь Иисус Христос определил смысл закона, его содержание и цель в высшей степени чётко: весь библейский закон имеет своей основой заповедь о любви к Богу и вытекающую из неё заповедь о любви к ближнему. Закон строится на этих заповедях и должен приводить к их исполнению. Соответственно, если в какой-то момент человек забывает об этих двух основных заповедях или же если жизнь по закону не приводит его к умножению любви, значит, в какой-то момент он в чём-то допустил ошибку, и её необходимо исправить.

Неудивительно, что мысль о приоритете закона любви над всеми прочими заповедями Христос высказал в беседе с законниками и фарисеями. С этими людьми произошло то, что происходит с очень многими верующими: они, всем сердцем стремясь ни в чём не нарушить закон, забыли о его сути — о любви к Богу и ближнему. Такое забвение — своего рода ловушка, которая подстерегает любого человека, решившего следовать библейским предписаниям. Наверное, нет ни одного верующего, который бы не сталкивался с теми, кому не повезло угодить в эту ловушку. В качестве примера можно вспомнить не вполне дружелюбных храмовых старушек, которые имеют обыкновение делать строгие замечания тем, кто, по их мнению, ведёт в себя в храме неподобающим образом, или же не так одет, не там стоит и не в то время накладывает на себя крестное знамение. С одной стороны, деятельный энтузиазм этих людей вызван стремлением к благолепию и соблюдению должного храмового порядка, что само по себе бесспорное благо и является проявлением любви к Богу, а также может быть продиктован заботой о человеке, с другой же — отсутствие душевной чуткости, внимательности и такта нивелирует абсолютно все благие устремления и способно навсегда отторгнуть от Церкви того, кто стал объектом такого внимания.

Подобное происходило и с оппонентами Христа. Они искренне заботились об исполнении заповедей, причём всех и без каких бы то ни было исключений, но при этом они забыли, что основой всего должна быть любовь к Богу и вытекающая из неё любовь к людям, любовь не требовательная, а снисходительная, милующая, жертвенная и прощающая, такая, которой возлюбил Бог человека.

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Читать далее

---