2 мая. Книга Деяний святых апостолов 9 глава, 19-31 стихи

19 стих: и, приняв пищи, укрепился. И был Савл несколько дней с учениками в Дамаске.

20 стих: И тотчас стал проповедовать в синагогах об Иисусе, что Он есть Сын Божий.

21 стих: И все слышавшие дивились и говорили: не тот ли это самый, который гнал в Иерусалиме призывающих имя сие? да и сюда за тем пришел, чтобы вязать их и вести к первосвященникам.

22 стих: А Савл более и более укреплялся и приводил в замешательство Иудеев, живущих в Дамаске, доказывая, что Сей есть Христос.

23 стих: Когда же прошло довольно времени, Иудеи согласились убить его.

24 стих: Но Савл узнал об этом умысле их. А они день и ночь стерегли у ворот, чтобы убить его.

25 стих: Ученики же ночью, взяв его, спустили по стене в корзине.

26 стих: Савл прибыл в Иерусалим и старался пристать к ученикам; но все боялись его, не веря, что он ученик.

27 стих: Варнава же, взяв его, пришел к Апостолам и рассказал им, как на пути он видел Господа, и что говорил ему Господь, и как он в Дамаске смело проповедовал во имя Иисуса.

28 стих: И пребывал он с ними, входя и исходя, в Иерусалиме, и смело проповедовал во имя Господа Иисуса.

29 стих: Говорил также и состязался с Еллинистами; а они покушались убить его.

30 стих: Братия, узнав о сем, отправили его в Кесарию и препроводили в Тарс.

31 стих: Церкви же по всей Иудее, Галилее и Самарии были в покое, назидаясь и ходя в страхе Господнем; и, при утешении от Святаго Духа, умножались.
0:00
0:00

 

 

Комментирует

Епископ Переславский и Угличский

Феоктист (Игумнов).

После своего обращение и принятия крещения апостол Павел не стал предаваться долгим размышлениям, он, как пишет автор книги Деяний апостол Лука, «тотчас стал проповедовать в синагогах об Иисусе, что Он есть Сын Божий».
 
Вообще говоря, то, что начал проповедовать новообращенный апостол может быть понятно очень по-разному. Дело тут в том, что термин «Сын Божий» не является синонимом слова «Мессия» или «Христос». К примеру, в книге Иова сынами Божиими называют ангелов (Иов 1:6), а в книге Исход сыном Божиим назван весь народ Израиля (Исх. 4:22), также в Ветхом Завете можно встретить такое именование царей из рода Давида. Только лишь мессианское истолкование второго псалма Давида дает возможность применить словосочетание «Сын Божий» ко Христу: «Господь сказал Мне: Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя» (Пс. 2:7).
 
Исследователи книги Деяний утверждают, что «только в этом исключительном смысле за Иисусом Христом в раннем христианстве закрепилось именование Сын Божий».

Суть же первой христианской проповеди апостола Павла в дамасских синагогах была в том, что убитый Иисус есть Сын Божий и Мессия, то есть Помазанник, Христос. Конечно же, в этих синагогах от Павла ждали совсем других речей. Они ждали иерусалимского посланника, твердого убежденного фарисея, гонителя, как они полагали, новомодной зловредной ереси, но увидели перед собой нечто совсем иное.

 
Какое-то время эти люди не могли понять, что произошло и пребывали в глубоком недоумении. Настолько глубоком, что им потребовалось немало времени, чтобы из него выйти. Книга Деяний говорит так: «Когда же прошло довольно времени, Иудеи согласились убить его».
 
Если сопоставить эти слова со свидетельством Послания апостола Павла к Галатам, то выяснится, что это решение вызревало около трех лет. То есть первая проповедь апостола в синагогах Дамаска длилась три года и все это время слушатели Павла не могли понять, что же такое произошло и почему этот человек говорит то, что он говорит.
 
В книге Деяний нет информации, что эта трехгодичная проповедь смогла кого-то переубедить, что кто-то из дамасских иудеев благодаря словам апостола уверовал во Христа Воскресшего. Результат проповеди был совсем иной — Павла решили убить. Но не глухота к его словам со стороны иудеев, ни это их решение не смогли остановить его миссию, которая, однажды начавшись, уже никогда не остановится.
0:00
0:00

 

 

Комментирует

протоиерей Павел Великанов.

 
Вот и начинается увлекательнейшая история апостола Павла, в которой чего только ни случится — и гонения, и унижения, и предательства, и откровенное неприятие со стороны своих же, и невероятный успех проповеди, и ежедневное балансирование на грани между жизнью и смертью. Такого разворота не ожидал никто: ни христиане, ни иудеи! И, конечно же, для самого Павла всё случившееся стало незаменимым опытом непосредственного общения с Богом — через которое всё увиделось в принципиально ином свете.

Представить себя на месте апостола Павла — просто страшно. Ведь он и для иудеев, и для христиан — чужой: любое его действие — под подозрением, любое слово — истолковывается согласно изначальному глубинному недоверию. И это будет продолжаться до самой мученической кончины апостола — которой он засвидетельствует свою абсолютную верность Иисусу, проповеди Которого он посвятил всю жизнь и все силы. Как можно в такой недружелюбной атмосфере проповедовать то, что сам же ранее преследовал? Откуда взять убедительность — чтобы окружающие хотя бы допустили возможность того, что ты — не лжёшь? Как пробиться сквозь страх и недоверие — которым ты сам же был причиной?

Только тот, кого на самом деле — а не только в воображении — коснулась любовь Христова — способен на такой подвиг продолжительной, неотступной и безответной любви. В своём послании к Римлянам апостол Павел написал: «Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками» (Рим. 5:8). И теперь наступила очередь самого апостола — доказать свою любовь к людям по образу Христа: тоже полюбить тех, кто смотрит на него как на врага и предателя, хитреца и обманщика, «двойного агента» и шпиона. Легко любить тех, кто доверчиво слушает твои слова, разинув рот от восторга! Но когда всякий раз тебе надо пробиваться сквозь холод отторжения и недоверия — это станет возможным только при одном условии: если тебя самого уже практически не будет!

Что я имею в виду? Когда нас сильнее всего задевают чужие колкости и унижения? Конечно же, когда мы сильно хотим быть хорошими в чьих-то глазах. И чем значимее для нас другая сторона — тем болезненнее наша реакция. Бессознательно где-то в глубине души постоянно работает показатель нашего «внутреннего рейтинга» в глазах окружающих: движение вверх — вдохновляет, резкое падение, напротив, способно выбить из колеи и ввергнуть в глубокое уныние. Мы словно прикованы к этому указателю — и неудивительно, что постоянные колебания вверх-вниз нас изматывают. Но в случае с апостолом Павлом мы видим совершенно иную картину. История с его ревностным преследованием христиан и чудесным обращением обрушили его «рейтинг» до нулевой отметки. Весь тот «багаж», который был собран ранее в фарисейской среде, рассыпался в прах. Нечем Павлу хвалиться — разве только что своими немощами. Но разве это не абсурд? Хвалиться немощами — это значит не раздувать свою самость через присваивание тебе тех или иных добродетелей, способностей, талантов — а превратить её в насквозь продырявленное решето, в котором не сможет удержаться никакая похвала и возвеличивание! Точно так же, как и упрёк, укор, унижение и агрессия! Всё проскочит, словно бы и не бывало — потому что зацепиться уже не за что!

Вот чему и нам стоит поучиться у апостола Павла — не пугаться пробоин в броне нашей самости — быть может, именно сквозь них и засветит в нашей душе спасительный свет Божий!