Пелагианство
Споры об отношении благодати к свободе впервые возникают в первой трети V столетия в связи с учением Пелагия. Пелагий – британский монах, по другим сведениям, мирянин-аскет, прибыл в Рим в начале V в. Его поразила степень падения нравов в древней столице империи. Христиане, предававшиеся всевозможным порокам, оправдывали себя расслабленностью и немощью человеческого естества, его удобопреклонностью ко злу вследствие первородного греха.
Основываясь на своем личном опыте, Пелагий сделал вывод, что учение о первородном грехе является нравственно порочным, поскольку фактически оправдывает безнравственность и личную безответственность человека в духовной жизни. Пелагий выступил в Риме со своим учением, суть которого сводится к следующему:
1) отрицание реальности первородного греха и наследственного повреждения человеческой природы, т. к. признание их реальности, по мнению Пелагия, убивает в людях стремление к борьбе с грехом;
2) учение о свободной воле как опоре нравственной энергии христианина. Это учение Пелагий излагал таким образом:
а) все люди рождаются невинными, непорочными, как и прародители до грехопадения;
б) воля есть бескачественная способность, по природе она не имеет предрасположенности ни к добру, ни к злу и в любой момент может с одинаковой легкостью обратиться в ту и другую сторону;
в) смерть для человека – вполне естественное явление, все люди смертны не вследствие первородного греха, а по закону естества.
Частным моментом учения Пелагия было его весьма одностороннее учение о благодати, суть которого можно свести к трем тезисам. Под благодатью Пелагий понимает:
1) естественные дары, данные человеку Богом при творении; среди них выделяются разум и свободная воля. Они могут, при должном их использовании, сообщить человеку возможность не грешить (liberum arbitrum). Всю совокупность даров, сообщаемую человеку при творении, Пелагий называл естественной благодатью (gratia naturalis), или законом природы (lex naturae);
2) ветхозаветный закон, научающий и побуждающий человека к добру посредством увещаний и обещаний будущих наград, так называемая благодать закона (gratia legis);
3) учение Иисуса Христа и пример Его высоконравственной жизни, которые внешним образом влияют на человека, просвещая разум и волю.
По мнению Пелагия, этих трех видов благодати вполне достаточно для спасения, но даже они, с его точки зрения, не являются для спасения совершенно необходимыми.
Таким образом, в учении Пелагия благодать смешивается с общими и внешними дарами Божиими человеку и действием Его Промысла. Фактически здесь отрицается необходимость для спасения благодати в смысле особой действующей в человеке силы Божией. Действительность этой силы как таковой Пелагий не отрицал, но он не признавал ее необходимости для спасения. По его учению, благодать лишь помогает сделать то, что при соответствующих усилиях можно осуществить и без нее1147.
Это учение было осуждено на Карфагенском соборе 418 г. (113-е (127-е) правило): «Кто речет, яко благодать оправдания нам дана ради того, дабы возможное к исполнению по свободному произволению удобнее исполняли мы через благодать, так как бы и не прияв благодати Божией, мы, хотя и с неудобством, однако могли и без нее исполнити Божественные заповеди: таковый да будет анафема. Ибо о плодах заповедей не рек Господь: без Мене неудобно можете творити, но рек: без Мене не можете творити ничесоже (Ин.15 5)»
Прот. Олег Давыденков