Семь отроков: Максимилиан, Иамвлих, Мартиниан, Иоанн, Дионисий, Константин и Антонин, жили в третьем веке, в Эфесе, городе на территории современной Турции. Они были родом из самых знатных городских семей, дружили с детства, и по обычаям того времени рано отправились на военную службу. Правившему в то время императору-язычнику Декию донесли, что его воины исповедуют христианство. Семь юношей не стали скрывать своей веры. Декий приказал лишить их званий, но повременил с казнью, надеясь, что отроки одумаются. Юношам удалось скрыться в горной пещере. Император повелел заложить вход в пещеру камнями. Но семь отроков не погибли от голода и жажды. По преданию, они погрузились в сон, который продолжался двести лет. Проснулись они уже в то время, когда гонения прекратились, а страной правил император – христианин Феодосий. Епископ Эфесский нашел в обломках камней дощечку с надписью, вложенную еще при Декии, объясняющую кто и за какой проступок был заточен в пещеру. По преданию вскоре отроки опять уснули в той же самой пещере. Чудесный сон и пробуждение отроков расценивается Церковью как свидетельство ожидаемого воскресения всех людей.
Праведный Алексий Гнеушев, известный также как Алексий Бортсурманский, родился в тысяча семьсот шестьдесят втором году в селе Бортсурманы, в семье священника. Он закончил Нижегородскую семинарию, вернулся на родину и стал диаконом, а потом — священником. О нем вспоминают, что в начале служения отец Алексий не проявлял особого радения к службе. Однажды поздно ночью его попросили причастить умирающего из соседней деревни. Гнеушев отказался, сказав, что состояние больного не так уж безнадежно, и он может подождать до утра. Но совесть не давала ему уснуть, и он отправился к страдальцу. Тот был уже мертв, а возле его постели отец Алексий увидел ангела, держащего в руках Чашу с Причастием. Потрясенный видением, священник упал на колени перед покойным и провел всю ночь в молитве. С тех пор он совершенно переменился. Он усилил молитву и пост, стал заботиться о простых людях, помогая больным и погорельцам. Через некоторое время отец Алексий обрел славу прозорливца. К подвижнику потянулись люди за духовным советом и исцелением. Преподобный Серафим Саровский питал глубокое почтение к трудам Алексия Бортсурманского. По молитвам к подвижнику и в наши дни происходит немало чудес.
Преподобномученик Михаил, в миру — Михаил Жук, родился в тысяча восемьсот семьдесят втором году, в Львовской губернии, в крестьянской семье. Он закончил гимназию, но всю жизнь продолжал работать над своим образованием, читал научную и религиозную литературу. Он женился, но рано овдовел. После начала Первой мировой войны Михаил, вместе с другими беженцами, покинул родину. В двадцать четвертом году он стал послушником, а вскоре и иеромонахом Спасо-Преображенского монастыря под Пензой. Когда власти закрыли монастырь, отец Михаил служил в сельских храмах. Первый раз его арестовали в тридцатом году за то, что он «оставил в церкви на ночь огонь». Через два года — новый арест. Оба раза монаха отпускали. В третий и последний раз его взяли в тридцать седьмом году. Отцу Михаилу было предъявлено обвинение: «участник систематических собраний группы служителей религиозного культа». На них, якобы, священники, «прорабатывали методы агитации против советской власти». Виновным себя отец Михаил не признал, от веры не отрекся. Иеромонаха приговорили к расстрелу. Его причислили к лику святых в двухтысячном году.
Братья Симеон и Димитрий родились в Тверской губернии, в крестьянской семье, в начале семидесятых годов девятнадцатого века. Братья отслужили в армии рядовыми, каждый вел небольшое хозяйство. В начале тридцатых всё их имущество отобрали, а самих с семьями сослали на Урал. Через год Воробьевым разрешили вернуться, но имущества не вернули. С особой теплотой к ссыльным отнесся на родине священник Александр Диевский. Еще до революции Симеон был церковным старостой. После возвращения отец Александр пригласил его работать сторожем в храме, а сына, Николая, сделал чтецом. Со временем Воробьевы стали опорой прихода. В тридцать седьмом году Димитрия, Симеона и Николая, которому едва исполнилось семнадцать, арестовали. Их обвинили в контрреволюционной деятельности. Никаких конкретных обвинений, кроме знакомства со священником и частого посещения церкви им не предъявлялось. Братьев Воробьевых приговорили к расстрелу. Николая осудили на восемь лет лагерей. Отец Александр Диевский так же был казнен. К лику святых братья Воробьевы были причислены в двухтысячном году.