1 стих: Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив?
2 стих: Замужняя женщина привязана законом к живому мужу; а если умрет муж, она освобождается от закона замужества.
3 стих: Посему, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею; если же умрет муж, она свободна от закона, и не будет прелюбодейцею, выйдя за другого мужа.
4 стих: Так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу.
5 стих: Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти;
6 стих: но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве.
7 стих: Что же скажем? Неужели от закона грех? Никак. Но я не иначе узнал грех, как посредством закона. Ибо я не понимал бы и пожелания, если бы закон не говорил: не пожелай.
8 стих: Но грех, взяв повод от заповеди, произвел во мне всякое пожелание: ибо без закона грех мертв.
9 стих: Я жил некогда без закона; но когда пришла заповедь, то грех ожил,
10 стих: а я умер; и таким образом заповедь, данная для жизни, послужила мне к смерти,
11 стих: потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею.
12 стих: Посему закон свят, и заповедь свята и праведна и добра.
13 стих: Итак, неужели доброе сделалось мне смертоносным? Никак; но грех, оказывающийся грехом потому, что посредством доброго причиняет мне смерть, так что грех становится крайне грешен посредством заповеди.
0:00
0:00
Комментирует
епископ Переславский и Угличский
Феоктист (Игумнов).
.
Этот апостольский отрывок нельзя назвать простым и легким для понимания. Причем, он одинаково сложно будет звучать на любом языке, в любом переводе, потому что, скажем, фраза «без закона грех мертв» чрезвычайно проста по своей структуре и языку, но необычайно сложна для понимания. Ведь при прямом ее прочтении получается, что данный Богом закон явился причиной греха. Не было бы закона, не было бы и греха.
Прежде всего здесь необходимо разобраться, как говорится, с понятиями.
Вполне очевидно, что под законом апостол понимает заповеди, которые были даны его предкам во время странствования по пустыне. Но что такое грех? Здесь тоже все понятно: это нарушение заповедей, то есть закона. Всем прекрасно известно, что установленный закон судит всех, кто его нарушил вне зависимости от знания этого закона. Но что, если нет никакого закона? Если нет критерия, который определял бы правильное и неправильное, законное и незаконное? Означало бы это, что абсолютно все поступки не несут в себе греха? Очевидно, что это не так. Записанный и принятый закон призван удержать общество от полного разложения, ведь если его нет и если он не соблюдается, то это прямой путь к деградации и исчезновению такого общества. Собственно, ради того, чтобы еврейский народ сохранился как единый этнос, ему и был дан закон в пустыне. Но сохранность этого народа нужна была не ради его самого, а ради того, чтобы из него произошел Спаситель мира Христос, Богочеловек, Тот, Кто сделал ненужным законные рамки, но не потому, что исчезла возможность греха и необходимость каких-либо нравственных ограничений, а потому что теперь человек должен руководствоваться не зафиксированной, а потому неизбежно неполной, инструкцией, а духом свободы чад Божиих. Христос через Дух Святой дал возможность каждому человеку в каждой конкретной ситуации понимать, что хорошо и что плохо, что допустимо, а что нет. Эта возможность есть следствие непосредственного богообщения, к которому призван каждый христианин.
0:00
0:00
Комментирует
священник Стефан Домусчи.
В сегодняшнем чтении апостол Павел рассуждает о том, как христиане из иудеев должны воспринимать закон. Современный человек часто не понимает смысл всех этих рассуждений. «Ну подумаешь, закон, — говорит он, — был один, стал другой, зачем посвящать этому столько времени. Но для иудеев закон был средством спасения. Иудеи не просто стремились жить по закону, они были призваны его любить, как дар Божий.
Любил его и сам апостол. И все же в том, что говорил Христос он увидел такую глубину и полноту новой жизни, что готов был отказаться от закона.
Когда иудеи вышли из Египта, в нравственном отношении они были совершенно не окрепшими. Как ребенок не может самостоятельно ходить, так они не были воспитаны в традиции самостоятельной нравственной жизни. Закон был своего рода ходунками, без которых ребенку сначала ходить очень трудно, но к которым он не должен привыкнуть навсегда. Наступает время и человек должен отказаться от того, что стало привычным и родным, и таким необходимым в детстве, но что мешает развиваться самостоятельно. Воспитание человека в законе должно было научить человека различению добра и зла, но оно же могло отучить его от принятия самостоятельных решений. Если есть внешний ориентир — зачет думать самому?