Стяжание благодати
Где этот кабель, соединяющий нас с энергией? Допустим, что мы электрический прибор, например мобильный телефон; мы мобильный телефон, а в контакте – электрическая энергия. Кабель, который свяжет нас с этой электрической энергией, который свяжет нас с Богом, – это заповеди Божии. Точное соблюдение заповедей Божиих. А почему? Не потому, что они представляют собой какой-то кодекс законов, а потому, что соблюдение заповедей Божиих подтверждает течение в нас целительного процесса – смирения, послушания Богу, из которого рождаются все остальные харизмы.
Соблюдение заповедей Божиих связывает нас с благодатью Божией. Поэтому всякий раз, когда мы преступаем заповедь Божию, мы повреждаем нашу связь с Богом, ухудшаем эту связь, портим свое здоровье; когда мы здоровы, мы чувствуем благодать, но когда теряем (духовное) здоровье, тогда теряем и ощущение благодати Божией. Итак, соблюдение заповедей Божиих связывает нас с Божественной энергией, и мы активируемся Святым Духом, Который есть Божия сила, данная Богом нам в Церкви, – Он Утешитель, Дух истины, совершающий тайны спасения людей и всецелую тайну Церкви.
Человек может стяжать благодать одним благим своим помыслом, всего лишь одним благим помыслом. Так же как и лишиться ее из-за одного только дурного помысла. Если вы обратитесь к житиям святых, то увидите, как внимательны были святые к этому, потому что много раз Бог наказывал их, воспитывая, и благодать покидала их на целые месяцы из-за одного только осуждения другого, одного презрения, из-за одного дурного помысла о брате своем, о другом человеке. За это Бог, воспитывая их, так наказывал. И сколько раз благодаря одному только помыслу, одному своему воздыханию человек полностью менялся.
В «Патерике» есть хороший рассказ о некоем авве, который стоял у дверей церкви, смотрел на братий, входящих в церковь, и увидел одного монаха черным, как арап. Это я не к тому, будто черная кожа – что-то плохое. Если бы мы с вами были в Африке, то я сказал бы вам, что вошел один брат, который был белым, как белокожие люди, или белым, как бес, ведь там, в Африке, бесов видят белыми.
Как бы там ни было, но этот человек вошел в храм, а душа его была черна. Святой увидел это, заплакал и начал молиться. Конечно, если бы там были мы с вами, мы бы сказали:
– Этот человек злой! Посмотрим, что он такое сделал…
Или сказали бы стоящему рядом с нами:
– Ты только взгляни на него! Кто его знает, где он был и что он такое натворил!
А если бы это произошло в нашу эпоху, мы сообщили бы о нем журналистам, пусть напишут о нем в газетах.
Но святой поступил не так, как сделали бы мы, а заплакал о брате, стал молиться и просить: «Боже мой, посети эту душу, за которую Ты пролил Свою кровь непорочную на Кресте!»
И вот, когда тот выходил из храма, святой увидел, как душа этого брата светится от благодати, пребывающей в нем. Он подошел к нему и спросил:
– Брат, а что ты сделал в храме? Я видел, что, когда ты входил, с тобой не все было в порядке, а сейчас вижу тебя переменившимся.
– Авва, да что я мог такого сделать? Я, нерадивый, грешный человек, полный мерзости, войдя в храм, услышал чтение: «Станьте ближе ко Мне, и если грехи ваши многи и черны, Я убелю вас; придете ко Мне, и Я упокою вас», – и все, что сказал Бог в Писании. И я стал воздыхать, заплакал и сказал: «Боже, пожалей же и меня, грешного!»
Всего-то он и сказал, что это, и благодать тут же посетила его, и душа его засияла.
Митрополит Афанасий Лимасольский
