И радость вяшея никтоже возмет от вас
(Ин.16:22)
Не к вам, братия, сказаны Спасителем слова сии, но особенно живое настроение духа вашего, в настоящую минуту, даст приложить их и к вам. Не правда ли, что святое дело сооружения храма, так долго вас томившее, ныне, изволением Зиждителя всяческих, приведено к желаемому концу? А это есть такое явление в среде верующих, что истинные рабы Божии не могут не восторгаться радостью, сколько духовной и святой, столько же и неотъемлемой. Да, подобной радости вашея никтоже возмет от вас.
Но ведаете ли, возлюбленные, всю необъятность того блага, которое явил вам Господь, сподобив ныне не завершить только храм зиждемый, но и освятить его, по чину святой православной Церкви? Ведаете ли, что, чрез это освящение, вы привлекли на себя такое благоволение Божье и такую милость и благодать, что сам всемогущий Содетель всей твари, сам Обладающий небом и землей, сам Господь сил и Царь славы, благоволил, как бы, снизойти к вам, и открыть посреди вас свое особенное, благодатное присутствие, избрав для сего местом селения славы своей (Пс.25:8) этот новоосвященный храм? Какое же благо может быть выше и радостнее для нас земнородных, как не благодатная близость к нам Бога, Подателя всех благ земных и небесных?
Так-то милостив к вам Святой Вседержитель, чадца мои о Господе! Можно ли не благоговеть пред толиким богатством благости Его и не благодарить Его присно не словом только, но и делом, – не одним устным благохвалением, но и ревностным исполнением тех обязанностей, кои возлагаются на вас самой близостью к вам храма, и кои состоят в том, чтобы всем вам посещать это благодатное жилище Божье, неленостно и как можно чаше, а затем и стоять в нем и молиться с должным благоговением и даже со страхом, подобающим месту святыни Господней?
Итак, первая из обязанностей, лежащих на вас, возлюбленные, относительно храма, есть неопустительное хождение к церковным богослужением. Да и кто сего не знает? Кому неизвестно, что святые храмы для того и зиждутся, чтобы, под их кровом, всем нам собираться во имя Христово, если не всегда, то и не редко, – собираться на тот конец, чтобы все нарочитые дни освящать всенародными славословиями и молитвами ко Пресвятому? Храм, пред алтарем коего мы стоим в настоящую минуту, воздвигнут, в тех видах, чтобы заменить им храм, уже бывший здесь. Но что имели в виду христолюбивые ктиторы, сооружая это новое святилище Божье, не только болеe боголепное, но и более обширное и для всех доступное и вместительное? Не то ли, чтобы доставить полную возможность приходить сюда, всем принадлежащим к сему храму, – приходить и старым и малым и немощным и крепким, – приходить и день и ночь, и вечерь и утро, словом: приходить сюда всем и каждому, сколько возможно чаще и во всякое время дня и года? Таким образом, нельзя не видеть, что самая цель построения сего храма, убеждает вас, братия, не только не оставлять церковных собраний, но и спешить пред лицо Божье, подобно псалмопевцу, – спешить с готовностью и радостью при одном напоминании о храме: возвеселихся, говорил он, о рекших мне: в дом Господень пойдем (Пс.41:5; 121:1).
Да и как нам, немощным и смертным, не учащать в святилище Божье? Кто не понимает и не видит, что мы каждую минуту, как бы, висим над бездной ничтожества, и что невидимая десница всесотворшего Бога держит нас так, что Его благой волей, Его милосердием и щедротами все мы и живем и движемся и есмы (Деян.17:28). Как же и чем надежнее и вернее поддержать нам и продлить к себе безмерное благоутробие Отца всех тварей, дающего нам не одну лить жизнь и дыхание, но и вся яже к животу и благочестию (Деян.17:25; 2Пет.1:3), – как и тем, если не молитвой и молением пред благосердым Жизнодавцем и в Его же святом храме? А наши непрерывные труды и занятия, среди коих, болеe или менее, все мы проходим стихийное поприще жизни, не к тому ли же нас обязывают, если хотим видеть дела рук своих венчаемыми полным успехом? Кому неизвестно, что Виновник нашего благоделания и благоуспения, во всех трудах наших, есть тот же Отец светов, от коего, по мере наших молитв к Нему о помощи, исходит всяк дар совершен (Иак.1:17)? Кто не знает, что во всяком деле и делании, от Господа только, исправляются стопы человеку (Пс.36:23) по мере нашей веры в Его вседействующее благословение? Да и не Он ли, милосердый и долготерпеливый, и град хранит, всуе нами стрегомый, и дом блюдет, в безопасности коего сами зиждущие не всегда уверены (Пс.126:1)?
Но молиться, вы скажете, можно всегда и везде, и вне церкви, тем паче, что Господь наш Иисус Христос, освятив уединенную молитву своих собственным примером, и нам заповедал молиться в затворенной клети (Мф.6:6). Да, братия, все это правда. Молитва уединенная, по мере веры молящегося, неоспоримо привлекает на нас благой взор Отца небесного, а потому достойно и праведно возносится и должна возноситься ко Господу, на всяком месте владычествия Его (Пс.102:22). Но дело в том, что эта молитва, где бы и когда бы она ни была возносима, никак не заменяет того моления, которое мы, в известные дни, должны творить во св. храме, при общенародных службах. А если это так, то понятно, что ни пример Спасителя, молившегося в уединении, ни прямая Его заповедь, чтобы и нам молиться также, не освобождают нас от святой обязанности, приходить в церковь, для совокупной молитвы, – не освобождают тем болеe, что сам же Господь и Спаситель наш, так часто молившийся наедине, отнюдь не считал сего вполне для себя достаточным, но во все субботы и праздники иудейские неотменно посещал, когда только можно было, и синагоги Галилейские и святилище Иерусалимское.
Святые Апостолы, доколе оставались в Иерусалиме поступали также. Молясь уединенно и по домам (Деян.2:46), – каждый о себе самом и о своих делах, они собирались по вся дни и для совокупной молитвы, как друг о друге, так и о том великом деле, которое предлежало каждому из них и было для всех их общим, – собирались и в Сионской горнице, служившей первообразом Церкви Христовой на земле, и в самом храме (Деян.1:13, 14; 2:46). И все это делали потому, что молитва об одном и том же, возносимая от многих уст и сердец, проникнутых взаимной братской любовью и единодушием, доступнее к престолу благодати и приятнее для Бога любви и мира (2Кор.13:11), да и самих молящихся – такая молитва теснее соединяет союзом любви во имя Христово. Преблагой Господь всегда к нам милостив, и щедроты Его присно на всех делах Его (Пс.144:9): однако же, Отцом по преимуществу, Отцом, наиболее благосердым и милующим нас, является Он тогда лишь, когда мы, совокупляясь в одну святую семью, взываем к Нему, как бы одними устами: “Отче наш…”
Вторая обязанность, лежащая на вас, братия, относительно храма, состоит в том, чтобы стоять в нем и молиться с подобающим благоговеением и страхом Божьим. А чтобы вам яснее уразуметь и это, следует только вспомнить, для чего вы собираетесь под кров святилища Божьего? Не правда ли, что то самое дело, для коего вы сюда приходите, как бы, невольно и неотклонимо располагает дух ваш к смирению и покорности? Не правда ли, что вы приходите в храм, для того, чтобы творить в нем, по Апостолу, молитвы, моления, прошения и благодарения (1Тим.2:1)? Но молитвы и прошения таковы по свойству своему, что мы, обращаясь с просьбами даже и к тем из среды нас самих, кои во всем нам равны и подобострастны, всегда более или менее, как бы, смиряемся пред ними и излагаем свои прошения почтительно и осторожно. А нужно и говорить о том, что чувства почтительности, уважения и покорности, сами собой и неудержимо возрастая в нас, еще живее дают себя видеть, когда мы прибегаем с нашими прошениями к высшим нас, и начальствующим над нами. О, кому не случалось видеть, с каким опасением и беспокойством, и стоят и говорят, смиренные просители, пред лицом высоких особ и умилостивляемых властей, боясь, чтобы в чем-либо не проговориться пред ними, а еще более, не огорчить их и не разгневать!
Но в храме мы имеем дело не с людьми, и кланяемся не земным властям и началам. В храме мы являемся пред лицом великого Бога богов и Господа господей, и высказываем свои желания и мольбы пред Зиждителем судеб, не наших только, но и всего миpa. Какими же чувствами умиления, притрепетности, смиренномудрия и благоговейной преданности, должен быть объят дух наш, когда мы вступаем в молитвенное разглагольствие с Тем, пред лицом коего трепещут и Херувимы и Серафимы!
Святой Израилев, призирая некогда на приходивших в храм Иерусалимский, возглашал: на кого воззрю из тех, кои являются ко Мне и молятся в столпостенах дому Моего, – на кого воззрю милостиво и благосердно, чтобы излить на достойных щедроты Мои и от тука земли и от росы неба? – И затем Сам же, как бы ответствуя на свой вопрос, благоволил изречь: токмо на кромкого и молчаливого, и трепещущего словес Моих (Ис.66:2). То есть, Я буду, взирать оком благоутробия, как бы так вещал Вышний – буду взирать на тех только, кои, предстоя лицу Моему кротко, смиренно и с благоговейным безмолвием, возносят ко Мне свои моления не с верою только в силу словес Моих, но и с трепетом пред их непреложностью и святостью.
Так много требовалось от чтителей храма Иерусалимского, чтобы их мольбы были слышимы; но от нас, братия, молящихся в храме христианском, требуется еще более, – и более на столько, на сколько все, совершаемое в наших храмах выше, святee и досточтимее того, чтó совершалось и было слышимо и зримо в храме иудейском.
Церковь ветхозаветная утверждалась, как известно, на божественном откровении о спасении людей чрез Христа Господня. Но это откровение, как ни уяснялось в ней; однако же далеко не могло достигнуть той степени ясности и полноты, коей оно достигло в Церкви новозаветной. Тайна царствия Христова, тайна искупления и спасения нашего, в Церкви подзаконной, при всем уяснении ее тайнозрителями, до самого пришествия в мир Спасителя, оставалась прикровенной и мерцала, как бы в сумраке сени и гаданий, так что почти все дело богослужения в храме иудейском, сосредоточиваясь в разных видах жертвоприношений, состояло или во всенародном покаянии, или в чтении пророчеств и обетований, или в закалании жертвенных животных.
Но у нас – Церкви новозаветной – совсем иное. Новозаветная Церковь, имела утешение видеть и видела полное раскрытие всего домостроительства Божьего о нашем спасении. Она видела, как обетованный Искупитель сошел с неба, воплотился от пресвятой Девы и, вселившись посреди людей, научил их истинному боговедению, указав всем пути к царствию Божью. Она видела, как Он – вочеловечшийся Сын Божий – принес Себя в искупительную жертву за грехи наши, – видела Его страдания и крестную смерть; но она же видела и Его тридневное воскресение, вознесение на небо, сидение одесную Отца и послание в мир пресвятого Духа. Да, новозаветная Церковь видела всю тайну искупления в полном ее раскрытии, и не только видела, но и узаконила, хранить эту тайну и воспоминать о ней непрерывно до скончания века (1Кор.11:24–26).
И вот, наши святые храмы, как живые, неумолкаемые проповедники великих дел Божьих, явленных в искуплении, действительно, и хранят и воспоминают все дело спасения Божьего, представляя его вниманию верующих, и в своих иконописных изображениях, и в каждодневном богослужении, и в церковных обрядах и празднествах, и в духовных песнопениях и молитвословиях. Но, если когда и гдe мы видим и слышим и как бы обоняем неизреченную тайму искупления: то особенно, в чтениях Евангельских и в приношении святейшей бескровной жертвы при литургии.
Таким образом, в наших храмах, как вы видите, братья, не Моисей, хотя и великий и верный и Боговидец, по все же не более, как раб Божий и служитель в дому Церкви ветхозаветной (Апок.15:3; Евр.3:5), – не Моисей со скрижалями десятословного закона и с кодексом уставов подзаконных, по сам Христос, сам Богочеловек и Сын Божий, сам Господь Ангелов и человеков, сам Зиждитель Церкви и Мира, с радостной вестью о благодати, спасающей всех верующих в Него. В наших храмах – не левиты и священники с теми жертвами всесожжения, кои они, в очищение грехов своих и людских, по вся дни приносили Богу, как безысходно и по всем дням состоявшие под грехом и клятвою, – не левиты, говорю, и священники, по чину Ааронову и из среды людей грешных и смертных: но великий, вечный и святейший Первосвященник по чину Мелхиседекову (Евр.5:10), который, однажды принесши Себя самого во всесожжение за грехи мира, вошел, со своей вниманию верующих, и в своих иконописных изображениях, и в каждодневном богослужении, и в церковных обрядах и празднествах, и в духовных песнопениях и молитвословиях. Но, если когда и гдe мы видим и слышим и как бы обоняем неизреченную тайму искупления: то особенно, в чтениях Евангельских и в приношении святейшей бескровной жертвы при литургии.
Таким образом, в наших храмах, как вы видите, братья, не Моисей, хотя и великий и верный и Боговидец, по все же не более, как раб Божий и служитель в дому Церкви ветхозаветной (Апок.15:3; Евр.3:5), – не Моисей со скрижалями десятословного закона и с кодексом уставов подзаконных, по сам Христос, сам Богочеловек и Сын Божий, сам Господь Ангелов и человеков, сам Зиждитель Церкви и Мира, с радостной вестью о благодати, спасающей всех верующих в Него. В наших храмах – не левиты и священники с теми жертвами всесожжения, кои они, в очищение грехов своих и людских, по вся дни приносили Богу, как безысходно и по всем дням состоявшие под грехом и клятвою, – не левиты, говорю, и священники, по чину Ааронову и из среды людей грешных и смертных: но великий, вечный и святейший Первосвященник по чину Мелхиседекову (Евр.5:10), который, однажды принесши Себя самого во всесожжение за грехи мира, вошел, со своей кровью, в скинию небесную, и там, умилостивив разгневанное правосудие, навсегда примирил небо с землей и Божество с человечеством, потребил от земли клятву и, возвратив ей мир и благословение, всем даровал и живот вечный и блаженство нескончаемое и славу царствия.
Столько-то, братия, свят и дивен в правде наш храм христианский (Пс.64:5)! Столько-то возвышен он над храмом иудейским! А такое превосходство, такая святость и высота нашего новозаветного святилища не обязывает да нас христиан, и любить его искренно и посещать его с готовности, и стоять в нем безмолвно и благоговейно, и молиться с духом смирения, благодарения и преданности Богу – Спасителю нашему?
Ведая все это, возревнуйте, возлюбленные, о славе Господней и о вашем спасении. Явив собою св. пример любви к благолепию зиждемого вами храма, как дому Отца небесного (Ин.2:16), явите пример благочестия, усердия и любви и к самым службам, совершаемым во храме, как в доме молитвы (Лк.19:46). Ваша вера, выражаемая делами и жизни, не только привлечет на вас сугубую милость и благодать Божью, но за молитвами пресвятой Девы, усердной Заступницы нашей, и самих вас созиждет, яко камение живо, в благодатное жилище Божье, в храм духовен и церковь святую о Господе (1Пет.2:5; Еф.2:21, 22). О, когда б исполнилось над вами не на время только, но и в роды родов, слово благоволения и особенной милости Божьей, к избранным своим: вселюся в них, и похожду, и буду им Бог, и тии будут Mне люди (2Кор.6:16). Аминь.