Вопрос:
Здравствуйте, отец Евгений. В Евангелии от Луки (Глава 1, стих 27) написано: к Деве, обрученной мужу, именем Иосифу, из дома Давидова; имя же Деве: Мария. Это в синодальном переводе. В церковно-славянском переводе: К Де́ве обруче́нней му́жеви, eму́же и́мя Ио́сиф, от до́му Дави́дова, и и́мя Де́ве, Мариа́м (Лк.1:27).
Имя сестры Марфы и в синодальном переводе, и в церковно-славянском переводе: Мария: И сестра́ ей бе нарица́емая Мари́а, я́же и се́дши при ногу́ Иису́сову, слы́шаше сло́во Его́ (Лк.10:39).
Объясните, пожалуйста, почему в синодальном переводе имя Пресвятой Богородицы — Мария, а в церковно-славянском переводе — Мариам, а имя сестры Марфы — Мария — в обоих переводах?
Ответ:
Добрый день!
Разница в написании восходит к древнееврейскому первоисточнику — имени Мирьям, которое в греческих рукописях Нового Завета обрело два разных облика.
Первый — несклоняемая семитская форма Мариа́м (Μαριάμ), звучавшая для античного слуха как строгая древность. Второй — эллинизированный, гибкий вариант Мари́а (Μαρία), полностью подчиненный законам греческой грамматики.
Евангелисты и древние переписчики обращались с этими формами очень чутко. Несклоняемое Мариам они удерживали словно драгоценный ковчег — прежде всего для повествований о Благовещении и Рождестве, подчеркивая священную исключительность Той, Которая стала Матерью Спасителя. Обычную же греческую форму Мария применяли к иным евангельским женам — например, к сестре Марфы или Магдалине, подобно тому как в быту имя звучит привычно и просто.
Различие двух переводов — это разница их переводческих задач. Церковнославянский перевод создавался как слепок греческого подлинника. Подобно византийской мозаике, он бережно воспроизводит каждый камушек оригинала. Где у греков стояло несклоняемое благоговейное Мариа́м (Лк. 1:27), славянские книжники поставили Мариамь, а где стояло эллинизированное Мари́а (Лк. 10:39) — перевели как Мариа.
Синодальный перевод XIX века, напротив, стремился к ясности и гладкости русской речи. Переводчики сознательно отказались от текстологических тонкостей в пользу живого восприятия и сгладили вариации, объединив их в единое привычное русскому слуху имя — Мария.
Внимательность к библейскому слову открывает важную истину, даже малозаметная вариация буквы в церковной традиции хранит глубокое благоговение перед святыней. Буквальный славянский перевод напоминает нам, что при общем земном имени Личность Богородицы остается неповторимой и единственной.